МИР ГЛАЗАМИ ЗМЕИ

Спасибо, что называл меня Лаурой…

…автобус основательно тряхнуло, мужчина открыл глаза и попытался осмотреться…, хотя, полутемный салон междугороднего автобуса. Что тут можно высмотреть? А вот ощущения…, например, ощущение того, что на сегодня это был последний рейс…, а еще, ощущение возвращения…

Кому доводилось бывать в командировках или навещать в праздники родственников, которые живут в пределах двух-трех часов автобусной езды, легко поймут, о чем идет речь. Салон, заполненный на две трети, большинство пассажиров выключили свои мобильники и мирно дремлют. Спокойно, хотя и чутко, и как только автобус встряхивает вот так, открывают глаза, чтобы посмотреть в окно, просто чтобы сориентироваться, сколько еще осталось. Вот только, этот способ хорош, когда на улице светло, а когда за окном темнота, не считая слепящего света фар встречного транспорта, тогда ориентироваться в пространстве возможно только с помощью времени. Поэтому кто-то смотрит на часы, кто-то предпочитает все тот же мобильный телефоны. Яркий свет устройств поочередно вспыхивает в разных местах салон, но быстро гаснет. Судя по цифрам на часах, дорога далека до завершения…
Мужчине…, пожалуй…, лет сорок или сорок пять, точнее сказать не получится, слишком мало света. Он открывает глаза, чуть сдвигается вверх по сиденью и несколько секунд смотрит в окно. Там мелькают огни какого-то населенного пункта…, огней мало, и расположены они совсем не по-городскому. Просто село или очередная деревня…. Мелькает остановка, но названия прочитать не удается, а пару секунд заканчивается и населенный пункт. За окном снова темнота. Мужчина поднимает левую руку и с некоторым удивлением замечает, что на запястье часы…, то есть, он и правда хотел узнать время, но собирался достать мобильный телефон. Что же касается часов, он носил и часы…, вот только это было дано. Лет, этак, десять назад…

Циферблат часов и стрелки светятся зеленоватым светом, присмотревшись, мужчина узнает Orient. Весьма популярная модель, произведенная где-то в Японии. Механизм часов с автоматическим подзаводом и циферблат цвета шампанского. Он вздрагивает, достает из кармана мобильный телефон и светит на руку. Это и правда, те самые часы, на стекле та же царапина, результат нечаянной встречи с какой-то железкой во время ремонта автомобиля. Те же часы, тот же браслет, вроде бы все в порядке…, хотя, нет! Совсем не в порядке! Эти часы должны лежать дома, потому что они…, потому что они давно сломались. Мужчина просыпается окончательно. Повторяет осмотр часов, он даже расстегивает браслет и снимает их с руки…

— Что за черт…, — бормочет он растерянно. Но это такой вопрос…, на который нельзя получить ответ, если спрашиваешь сам у себя.

…какое-то время это заботит мужчину. А потом автобус в очередной раз встряхивает, и забота исчезает. И он снова смотрит на часы, он просто хочет узнать время…, остается минут сорок дороги…

Он закрывает глаза, откидывается на спинку кресла, но сна уже нет…, к тому же, света как будто стало больше. Мужчина не сразу понимает, в чем дело, он оглядывает, потом смотрит в проход между кресел, но ответ не внутри, ответ за пределами салона. Вдоль дороги белым бело, и мало того, снег продолжает идти. Именно продолжает…, и уже не один час…, или даже не один день. И это успокаивает…

…на время. Но тревога снова возвращается. Мужчина пытается…, и, кажется, находит ответ…, он уже переживал подобное. Это было как раз в то самое время, когда он носил эти часы.

— Дежавю, как в «Матрице»…, вот только в то время этого фильма еще не было…, — неожиданно вспоминает мужчина, отчего тревожное ощущение постепенно нарастает…, — не понимаю…

Он снова смотрит в окно на усиливающийся снегопад, убеждаясь, что помнит не только ощущения, но и картинку…. Сейчас, например, должна будет появиться женщина, на остановке, — вспоминается еще один фрагмент. Мужчина буквально припадает к самому стеклу…, остановка мелькает, но она пуста…

— Ну вот, — пытается выдохнуть он, — показалось…
Ему следовало бы выйти на этой остановке…, то есть, если бы это был тот самый город, то ему следовало бы выйти на этой остановке…, но он не был уверен, так что предпочел ехать до автовокзала…

Почем – сложно ответь…, просто он всегда так поступал. А кроме того, ему по-прежнему было не по себе…, а уж если говорить совсем откровенно, он не мог заставить себя покинуть автобус. Здесь, внутри, он чувствовал себя в большей безопасности. Да, было тревожно, на каждом новом повороте сердце его невольно замирало, но с таким состоянием можно было смириться. А вот что будет за пределами «Икаруса» он не знал…, поэтому и пытался оттянуть тот самый момент, момент, когда не покидать салон будет просто невозможно…

Однако, всем известно – оттянуть неприятный момент можно, а вот избежать…, он и так был самым последним, кто покинул салон, не считая водителя, разумеется. Впрочем, ничего сверхъестественного не случилось. Он вышел из автобуса…. Хрустнул снег, порыв ветра попытался забраться под куртку, и добраться до тела, но и в этом не было ничего странного. Ветер всегда такой…, на то он и ветер…

Последовало несколько неуверенных шагов в направлении здания автовокзала, потом еще и еще…. В следующий раз он остановился перед дверями, возможно, он задержался бы и дольше, но позади него были люди, люди которые точно знали ответы на вопросы, где находятся и куда хотят попасть…

— Земляк, проходи, потому будешь любоваться…
— Проходите-проходите, все торопимся…
— Проходите уже…

Настаивали сзади, и ему не оставалось ничего другого, как двигаться вперед…
— …мужчина, вы в порядке, — в голосе и тревога, и забота, а главное, все искренне, от души, а вот сам голос не кажется знакомым.
— Да, простите…, я просто растерялся, — пробормотал мужчина, выбираясь из потока, ведомый молодой женщиной.
— Здесь можно присесть, — женщина указала на вокзальный диванчик.
— Спасибо…

Он ожидал, что добрая незнакомка устроит его на диванчике и побежит дальше, по своим делам, но она осталось рядом. Мало того, доверив ему свой чемодан, отправилась куда-то вглубь вокзала, чтобы через несколько минут вернуться со стаканом горячего чая, именно стаканом, да еще и в подстаканнике…

— Прошу, пейте…, сейчас все придет в норму…
— Спасибо.
— Только, аккуратней, он горячий…, — поторопилась предупредить незнакомка.
— Все хорошо, — растерянно улыбнулся мужчина, — обычно я такой и пью…

— Вам лучше? Сладкий крепкий чай, это как раз то, что нужно, — женщина, по-прежнему была рядом.
— Простите, я вас задерживаю…
— Ничего страшного, — улыбнулась женщина, — я не спешу…
— Спасибо вам огромное…
— Ой, перестаньте…, — махнула рукой незнакомка, — это всего лишь помощь, не надо делать из этого подвиг.
— Не скажите, порой такое вот человеческое участие бесценно…
— Похоже, вам и правда легче, — она рассмеялась, — щеки порозовели, и вы уже делаете комплименты…
— Мне действительно лучше.

Незнакомка поверила и устроилась рядом, периодически поглядывая на спутника, но чаще оглядывая людей вокруг…

— Простите, — обратился к ней мужчина, — стакан надо вернуть, куда?
— В буфет, давайте я сама…
— Я и сам могу, просто скажите, где буфет, — предложил он, но женщина просто забрала стакан, улыбнулась и снова исчезла в вокзальной сумятице.

В этот раз ее не было дольше. Мужчина успел осмотреться, увидел кассы, увидел прозрачный аптечный павильон, который соседствовал со столом «Союзпечати». Все было знакомо, но лишь потому, что так было практически на каждом вокзале, куда его заносило. Что же касается конкретно этого места, он его не знал…, не мог знать, потому что не бывал.

— Я не понимаю, — прошептал он растерянно, — просто не могу понять…, что со мной…- А что с вами, — это был другой голос, он принадлежал пожилому мужчине, что сидел справа от него.

Мужчина готов был ответить, но незнакомка вернулась. Она подхватила мужчину под руку и потянула к выходу, приговаривая:

— Пойдемте, мы и так задержались, а нам еще до дома добираться…
— Я…, простите, но я…
Они наконец-то оказываются на улице…, вокруг снег, кажется, что его стало еще больше, зато не было ветра. Женщина по-прежнему вела, а он лишь шел рядом…, он понимал, что ему необходимо что-то сказать, вот только не знал, что именно…

— …какой нужен?
— Что, простите?
— Я спросила, какой вам нужен номер, — спокойно повторила спутница.
— Номер…
— Ну, маршрут. Куда вам надо?
— О-о-о…, я не знаю, — только и смог произнести мужчина, отлично понимая, что ставит себя в крайне неловкое положение.

Откровенно говоря, он ожидал вопросов, удивления и даже недоверия…, но спутница точно не удивлена, что же касается вопросов, они были, самыми обыкновенными вопросами…

— Уже поздно, наверное, вам стоит подумать о ночлеге…
— Наверное, — хоть и неуверенно, но согласился мужчина, он даже оглядывается на здание вокзала, где приметил вход в небольшую, привокзальную гостиницу.

Женщина перехватила его взгляд…

— Нет-нет-нет! Даже и не думайте, там настоящий гадюшник! Всем известно, что в этой гостинице настоящий притон, наркоманы, проститутки…, вы понимаете?
— Есть, наверное, и другие, — неуверенно пробормотал мужчина.
— А если я приглашу вас к себе?
— Что?
— Я хочу пригласить вас к себе…
— Но вы меня не знаете!
— Ну и что, — незнакомка равнодушно пожимает плечами, — я ведь не замуж за вас собираюсь, я всего лишь приглашаю вас в гости…
— Но…, — вновь пытается возразить мужчина, и снова спутница прерывает его:
— Послушайте, если вы не хотите, не надо…, но тогда, хотя бы, назовите причину, и я вас тут же оставлю в покое.
— Да нет у меня никакой причины, просто это как-то…, необычно.
— Вот и ладно, а дома, за ужином вы мне и расскажите, что в этом такого необычного.
— Хорошо, — улыбается мужчина, и уже без всяких возражений берет спутницу под руку, — я готов…
…старая часть города. Лабиринт пятиэтажных домов, просторные дворы, старые деревья под шапками снега. Множество узеньких тропинок и дорожек пошире, все засыпаны свежим снегом, под которым просматриваются бурые, песчаные пятна, где-то размытые и едва заметные, а где-то наоборот…, но самое главное, над всем этим царит тишина.

— Здесь хорошо, — оглядываясь, произносит мужчина, — это словно возвращение в детство…
— Мне тоже здесь нравиться. Иногда, конечно, хочется что-то такое, посовременней, да и повыше. Я, если честно, обожаю высокие этажи…
— Но вы все равно остаетесь, — более предположил, нежели чем спросил мужчина.
— Точно. Хотя, я несколько раз даже смотрела квартиры, там, — женщина небрежно махнула рукой куда-то в сторону, — в новых микрорайонах, но там…
— Совершенно не то, что здесь.
— Вот-вот, — рассмеялась женщина, — не то, что здесь. Точнее и не скажешь…
…стоило назвать ужином, или даже праздничным ужином, вот только с праздничным настроением были проблемы – его не было. Не прошла и тревожность, она словно просочилась в квартиру с улицы.

— Спасибо, было очень вкусно…
— Пожалуйста, — кивнула женщина, она поднялась и начала собирать посуду, — жаль, что у вас нет сигареты…, так-то я не курю, но иногда хочется побаловаться…
— Почему же, нет. Есть…, я как раз собирался спросить, где можно…
— Прямо здесь, угостите даму.
— Конечно…, и знаете, вы курите, а я помою посуду…
— Вы и правда, хотите, потому что мне совсем не трудно.
— И мне не трудно, и я действительно, хочу…
— Ладно.

Он как раз занимался вилками и ложками, он всегда их оставлял на потом, когда она подошла сзади и обняла его. Он не стал отстраняться, да и зачем, это было приятно….

— Я тоже так делаю, — тихо произнесла она, заглядывая через плечо.
— Как?
— Оставляю железки на потом…, — пояснила она, и мужчина почувствовал, что объятия стали крепче.

Он хотел повернуться и уточнить про железки, но хозяйка не позволила, и мужчина не стал настаивать…, он просто домыл посуду и расставил ее по местам. Она ослабила объятия и позволила ему повернуться, но когда он оказался к ней лицом, вновь прижала его к себе. Крепко прижала, он чувствовал ее грудь, и даже удары ее сердца…

— Все в порядке?
— Нет, — качнула головой женщина, — но очень хочется, чтобы было так.
— И мне…, — теперь его руки были свободны, и он обнял ее, так они стояли какое-то время, стояли, покачиваясь, чуть-чуть…
— Словно танец.
— Только музыки не хватает.
— Разве? А по-моему, музыка внутри…

…и снова была тишина, и снова был танец…, несколько секунд, а может быть минут, а может, и вовсе…

— Осталось шампанское, давайте, допьем его, — предложила она.
— Давайте…, — мужчина согласился, но это было согласие только на шампанское, — но что будет потом?
— А из чего мы выбираем, — женщина выпустила его, забрала со стола бокалы, и повторила, — так из чего же мы выбираем. Можно допить и попрощаться. Тихо, спокойно и… неправильно. Вы ведь понимаете, что это будет неправильно. Тем более, что есть и другой вариант. Мы допиваем шампанское и отправляемся в спальню, в постель…
— Вы хотите этого…
— Да.

…без тоста, и не чокаясь. Хотя, какой придумать тост, когда обстоятельства складываются вот так? Она допила первой, допила и поставила фужер на стол, секундой позже, он сделал то же.

— Идем, — она направилась к двери.
— Как вас зовут?

Она остановилась…, посмотрела на мужчину, потом на свое отражение в стекле…

— Не вы, ты…
— Хорошо, тогда ты тоже…, но имя?
— Есть женское имя, которое тебе нравиться?
— Наверное, Лаура…
— Ого! И красиво, и романтично…, значит, меня зовут Лаура.
— А мое…, — мужчина растерялся, именно в этот момент он понял, что не знает собственного имени.
— Ты не помнишь…, да и ладно. Я буду звать тебя Парис.
— Парис…
— Понимаю, слишком вычурно…, но не намного вычурнее Лауры, ведь, правда?
— Да…
Что было потом…, а какие могу быть варианты…

Лаура позволила мужчине раздеть себя, ей даже понравился то, как он это сделал. Исполняя желание мужчины, она отступила, всего на пару шагов, насколько позволяли размеры комнаты. Потом, уже по своей инициативе залезла на кровать и встала во весь рост…

— Парис, ты смотришь на меня?
— Да…
— Внимательно?
— Да…
— И?
— Мне нравится…, меня восхищает то, что я вижу.
— Восхищает или возбуждает?
— Сразу и так, и так…

Лаура пересекла пространство кровати, и спустилась с нее, чтобы оказаться рядом с Парисом. Он даже подал ей руку, хотел поддержать, но женщина уклонилась…

— Не знаю…, хочу ли я тебя раздевать, — задумчиво пробормотала она, — может, ты сам…?
— Мне не трудно, — откровенно говоря, ему нравилось такая игра.
— Хорошо…, но я буду смотреть…
— То есть, мне не стоит торопиться…
— Пожалуй, не стоит…

— О-о-х…, откуда этот шрам?
— Что?
— Шрам, этот шрам, — Лаура подалась вперед, чтобы коснуться…, — очень близко…, и он такой большой…
— Я не знаю, — признался Парис, шагая к зеркалу, чтобы рассмотреть, — ничего себе, наверняка, я должен знать…, но не знаю.
— Жаль, я бы с удовольствием послушала историю…, но не сейчас…, я бы послушала после.
…как было, видимо, не так, как принято описывать в романах. То есть это было без той, книжной страсти, которую так любят романисты и читатели. Кроме того, это ведь был первый раз, поэтому каждый был несколько сдержан…, с другой стороны, у каждого имелся определенный опыт…. Так что, если вы и правда, хотите знать, как оно все было, просто сложите перечисленное, это и будет ответ. Главное, им было хорошо, было спокойно, на какой-то момент, все словно потеряло яркость, звуки, запахи…, можно было просто лежать, касаясь друг друга, можно было прикрыть глаза. Они так и сделали, просто лежали, медленно погружаюсь в полудрему, или, наоборот, медленно выплывая из нее….

— Мне хорошо, — прошептала Лаура, — мне давно не было так хорошо…
— Очень давно, — мужчина правильно понял то, что хотела сказать женщина, — почему?
— Интересуешься, почему, я такая замечательная, и одна?
— Если это…, если, вдруг, ты не хочешь говорить…, то….
— Нет никаких секретов, — пожала плечами Лаура, прижимаясь к мужчине, — но скажу честно – отвечать я бы не хотела. Понимаешь, отвечать, это значит, вспоминать, разбираться, искать причину. Это все равно, что вернуться туда, откуда хочешь уйти…
— Наверное, понимаю…, — кивнул Парис.
— Да и какое это имеет значение, когда все здесь и сейчас.
— Ты права…

 
Лаура не отпустила Париса не в этот день, ни в следующий. Откровенно говоря, ей хотелось, чтобы мужчина вообще не уходил. О, нет…, это была не любовь. Совсем не любовь, пусть даже со стороны это и выглядело очень похоже.

…выйти из дома. В этом не было ничего необычного, просто потребовалось дойти до магазина, хотим мы этого или нет, но иногда в доме заканчивается хлеб, молоко, сахар, чай…, да мало ли что еще? Она просто улыбнулась мужчине, и предложила:

— Поскучай без меня немного…
— А ты?
— Дойду до магазина…, в холодильнике пусто, даже хлеба, и того, нет, — пояснила Лаура.
— Но зачем же одна, давай сходим вместе, опять же, сумки, должен же кто-то их нести.
— Это мило…, сможешь собраться за пять минут?
— Легко…

Вряд ли Парис уложился в пять минут, но с другой стороны никто ведь и не засекал…, главное, что получилось достаточно быстро. Они вышли на лестничную площадку, Парис подождал, пока спутница закроет дверь квартиры, а затем…

— Парис, ты ничего не чувствуешь, — поинтересовалась женщина.

Это было как вопрос с подвохом, и первое, что сделал мужчина, он принюхался. Так уж повелось, в первую очередь его интересовал запах газа…

— Ты чего делаешь, — рассмеялась Лаура, — принюхиваешься?
— Да, а вдруг, газ…
— О, нет-нет, я не об этом.
— А о чем, — Парис замедлил шаг, позволяя спутнице догнать его.
— Я и сама не знаю…, просто мне кажется…, что вокруг все время что-то меняется…, каждый раз иначе, чем было до…
— Слишком тихо, — подсказал Парис, — прислушайся…, в подъезде всегда присутствуют какие-то звуки…, а сейчас…

Женщина задержалась рядом с ним, постояла, прислушиваясь, а потом просто махнула рукой:

— Пойдем, в конце концов, какая разница…
— Пойдем.
…говорила, то есть, не просто говорила, она рассказывала, в основном, вспоминались какие-то мелочи, но это было больше чем разговор. Она словно испытывала некую жажду на произнесение слов, испытывала, и тут же пыталась ее утолить. Мужчина же слушал, но не вслушивался, ему было достаточно звучания голоса, у Лауры он и правда, был приятный, иногда даже завораживающий, а потом…

Потом вернулось ощущение тревоги. Вернулось, потому что была постель, были сборы, милый, но излишне нервный щебет спутницы, в какой-то момент это чувство было заглушено ими, но здесь, на улице, пространство было слишком много, голоса спутницы не хватало, он терялся в этом огромном пространстве…

— Ты меня не слушаешь, — не столько упрекнула, сколько спросила она.
— Прости, кажется, я задумался…
— О чем?
— Не знаю, — пожал плечами мужчина, — так бывает, какие-то мысли, или даже обрывки мыслей, мельтешат в голове, наталкиваются друг на друга, но точно о чем все это…
— Я знаю…, у меня так тоже бывает…, — мгновение назад она еще смеялась, а потом как-то вдруг смолкла, а потом еще и остановилась, и даже схватила спутника за руку, — черт.
— Что?
— Он должен быть здесь! Я же точно помню…
— Ты о чем?
— Магазин. Маленький продуктовый магазинчик, он был прямо здесь…
— Уверена?
— Да…, нет…, не очень…

…никого. Не редкие прохожие, а именно так, как сказано – кроме них двоих, на улице больше никого не было. В первую минуту Лаура не поверила, она осматривалась, совершила несколько оборотов, пока Парис не остановил ее, ухватив за рукав…

— Ты тоже это…, ты видишь, да, — зашептала она, — видишь…
— Успокойся.
— Но вокруг никого нет! Так не бывает, чтобы вокруг и никого…
— Бывает…
— Ты уверен?!
— Кажется, я такое уже видел…
— Где? Когда?
— Я не могу вспомнить…, пытаюсь, но ускользает…

…так и стояли, Лаура озиралась, а Парис просто был рядом, ему было совсем не обязательно смотреть вокруг. Не то, чтобы ему было все равно, или он привык к такому положению вещей, нет. Просто в какой-то момент он понял, если поддаться панике, станет только хуже…, станет совсем плохо…

— Послушай, Лаура, этот магазин, куда мы шли, он ведь не единственный в округе…
— Нет…, я ходила в него, потому что он совсем рядом…
— Да-да, я понял. Послушай, все нормально…
— Разве, — шмыгнула носом Лаура.
— Да…, ну, в общем, так бывает…
— И что же нам делать?
— Скажи, рядом есть магазин побольше? Что-то вроде… «Универсама» или «Линии», «Пятерочка» тоже подойдет. Понимаешь, о чем я?
— «Магнит»…, или, еще есть «Лента».
— Подойдет. Это далеко?
— Пара остановок…
— Пойдем…
— Думаешь, думаешь, там по-другому?
— Вот и выясним…
— Ладно, — не очень уверенно кивнула женщина, — но потом, когда мы вернемся домой, ты мне все-все расскажешь.
— Я…, я постараюсь…
…превратить в прогулку, Лаура даже обрадовалась, в конце концов, прогулка это всегда романтично. Была же ведь постель, а теперь вот, прогулка, можно просто идти под руку с мужчиной, разговаривать…, просто не надо смотреть по сторонам. И надо сказать, женщине более или менее это удавалось. Что же касается мужчины…, он словно начал что-то понимать. Совсем немного…, он даже и сам не понимал, что именно…

Здесь, непосредственно на парковке, это огромной площади перед магазином, где обычно свободных мест не хватало, сейчас было пусто, то есть, машин не было. Имелась пара, но они были брошены, оставлены здесь хозяевами когда-то, наверное, давно. Так давно, что время начисто съело резину на колесах, покрошило пластик снаружи, принялось за металл, а кое-где и пробралось внутрь…

Парису пришлось чуть ли не насильно отворачивать спутницу от этих развалюх, а потом еще и тянуть внутрь магазина, приговаривая:

— Лаура, пойдем уже, мы пришли сюда за продуктами, так давай просто купим, то, что нам надо…
— Но как же так?! Что такого могло случиться?!
— Не надо думать…, и смотреть не надо. Нам просто надо купить кое-что, а потом мы вернемся…
…наконец-то смогла отдышаться, а потом и вовсе взялась за сумку, то есть хотела взяться, но мужчина не позволил…

— И что же мне делать, — нервно улыбнулась женщина.
— Тебе придется держать меня, чтобы я не упал…, или, к примеру, случайно не исчез…, в конце концов, у меня ведь сумки с едой.
— Шутишь…
— Просто держи меня под руку…, — улыбнулся он, радуясь про себя, что не сказал «стараюсь», потому что именно это вертелось у него на языке.
Так, держась друг за друга, они и вернулись, и пока Лаура раскладывала продукты, мужчина разделся и пристроился с сигаретой у окна…

— Парис, хочешь, есть, — поинтересовалась женщина.
— Пожалуй, нет, может, позже…
— И я не хочу…, лучше дай мне сигарету…

Он чуть сдвинулся в сторону, освобождая место у оконного проема, и щелкнул зажигалкой…

— Ты знаешь, что будет дальше?
— Могу предположить, но это не значит, что именно так и будет.
— Расскажи…
— Ты же понимаешь, это всего лишь фантазия? Скорее всего, в моих словах вообще нет ничего похожего…
— Ты не хочешь рассказывать?
— Я всего лишь предупреждаю…
— Что ж, предупреждение я услышала, а теперь рассказывай…

Мужчина кивнул, но начинать рассказ не торопился, вместо этого он повернулся к окну, за пределами которого царил снег. Настоящее белое, плотное нечто, которое скрывало не только соседние дома, но даже землю и деревья, которые в лучшие времена царапали стену дома…, и хотя женщине было любопытно, даже более чем любопытно, торопить Париса она не собиралась…

— В другие времена о такой зиме можно было только мечтать…, ты ведь помнишь, какие зимы были последние несколько лет.
— Помню…, но и эта зима не исключение, снег пошел всего несколько дней назад.
— Несколько дней…, а смотри, ощущение, что за окном вообще ничего нет, кроме снега…
— Хочешь сказать, — Лаура с тревогой посмотрела на мужчину, — ты хочешь сказать, это он, то есть, это и есть финал?
— Не думаю, — пожал он плечами, — хотя, не исключаю и такой возможности. И знаешь, если это именно он, то я, пожалуй, доволен. Несколько часов снегопада, или несколько суток, и все. Белая, холодная пустыня…

Теперь Лаура стояла рядом и смотрела на снег, которого становилось все больше и больше.

— Не понимаю…. То есть, вмешательство в природу, и как следствие, различные сбои, отсюда то жара не к месту, то снега не дождешься…, это все как бы увязывается. Но что случилось с людьми? Что случилось с нами?!
— То есть, ты не веришь, что это может быть месть?
— Месть?!
— Может, я не точно выразился, но я думаю, что это реакция природы на то, что люди с ней сделали.
— Хорошо, пусть так, но это может объяснить только природные катаклизмы…
— Уверена, — Парис посмотрел на женщину, а та, в свою очередь на него, в какой-то момент их взгляды встретились, и даже задержались, на какое-то время.
— Пожалуй, теперь уже не так уж и уверена, — призналась Лаура.
— О, — мужчина улыбнулся, — я не утверждаю, что все именно так. Однако, согласись, это многое объясняет.
— Что-то объясняет, это правда, — кивнула женщина, продолжая смотреть туда, на улицу, — что-то, но не все…, а с другой стороны, совсем не обязательно, что причина одна. Одна на все…
— Несколько причин, — ему эта мысль понравилась, хотя…, — несколько причин, это неплохо, но если подумать, то несколько причин, это что-то промежуточное. В конце концов, причина только одна.
— Почему?
— Не знаю, как объяснить…, но мне так кажется…
…покойно. Вот так стоять, обнявшись и смотреть в окно, смотреть на снег, который все идет и идет…

— Не знаю, что там впереди, что будет дальше…, но сейчас я словно в сказке. Честное слово!
— Я верю.
— Мне даже кажется, что там, на улице, прямо под снегопадом могут появиться…, даже не знаю…, какие-нибудь гномы, или Дед Мороз со Снегурочкой.
— Просто так?
— Да, — кивнул Лаура, — появятся и начнут делать что-нибудь волшебное…, здорово?
— Наверное…

Наверное, несложно объяснить, как мирное любование снегопадом плавно перетекает в поцелуи и объятия. А уж от поцелуев до постели всего несколько шагов, ровно столько, сколько от окна в кухне до двери в спальню…
— Кажется, в этот раз получилось лучше, — прошептала Лаура, нависая над мужчиной, — во мне все еще жар…, он словно плещется внутри…
— Это ведь хорошо
— О, да…, очень хорошо…, а как тебя я?
— Ты…, — Парис приподнялся, чтобы можно было поцеловать Лауру, — ты необыкновенная…
— Тебе не понравилось?
— С чего ты взяла…, мне очень хорошо. Так хорошо, что говорить, сил нет…
— Ну, тогда ладно, — она опустилась рядом и прикрыла глаза, — сейчас отдохнем, и ты мне расскажешь, какая я замечательная в постели.
— Обязательно…
Не известно насколько серьезно обещал мужчина, как впрочем, не известно, насколько сильно желала этого Лаура, просто в какой-то момент они оба уснули. Прямо как были, не выпуская друг друга из объятий, слегка накрывшись одной простыней…

…пробуждение, как открытие, вот только кому-то везет, а кому-то не очень. Распускаются объятия, исчезает жар и притяжение, и ничего невозможно с этим сделать, разве что вовсе отказаться ото сна. Вот только как это сделать…

Когда Парис открыл глаза, Лаура в легкой, полупрозрачной накидке стояла напротив большого окна спальни. Стояла, подавшись вперед, практически касаясь лбом стекла, стояла, высматривая что-то там, по другую сторону…

— Лаура, что там?
— Я не Лаура…, а там снег.
— Что, — мужчина едва проснулся, поэтому не понял, ни тона, ни слов женщины.
— Я знаю мое настоящее имя, а там, за окном снег…, очень много снега…, а еще, мне кажется, что я все поняла…
— Прости…, наверное, я еще не проснулся, — мужчина поднялся на кровати.
— Тебе лучше одеться, — пожелала женщина, не отворачиваясь от окна.
— Хорошо, я сейчас…

По комнате, словно ледяной ветер пронесся, а может, так и было, случайно он заметил, что балконная дверь приоткрыта.

— Одежда на стуле.
— Вижу, спасибо…
— А потом подойди ко мне…
— Хорошо…

Мужчина собирался спросить, что такого особенно за окном, но спрашивать не пришлось, там, за окном был только снег…

— Господи, но так не бывает! Конечно, снегопад, но…
— Все так странно выглядит…
— Очень, — невольно кивнул мужчина, — вот бы еще понять, что это значит…
— А ты действительно не понимаешь?
— Нет…, я даже и представить не мог, что такое возможно…, это словно какой-то страшный сон.
— Вот именно, — рассмеялась она.
— Что?!
— Мы – сон. Точнее, не только ты или я, все люди – сон.
— Это твой ответ на все?
— А другого не надо, да и быть не может. Единственное, что мне не известно, кому именно мы снимся. Хотя, это, наверное, не так уж и важно…, тем более, что сон этот вот-вот закончится.
— А мы?
— Мы просто исчезнем и все.
— Я не верю!

Женщина повернулась, чтобы видеть лицо собеседника…, и вот, глядя прямо в глаза, поинтересовалась:

— Хочешь сказать, что для того, кто нас видит, это имеет какое-то значение?
— Этого не может быть! Я живой!
— Ты можешь кричать, можешь стучаться головой об стену, — тихо и холодно произнесла женщина, — ты можешь, но как только ОН проснется, мы исчезнем. И как мне кажется, исчезнем навсегда…, ты же знаешь, сны, как правило, забываются.
— И что же делать, — мужчина и правда, растерялся.
— Я уйду раньше, чем этот сон закончится. Я уже все подготовила…, просто, хотела попрощаться с тобой, — она отступила вглубь комнаты, и мужчина увидел, что в руке у нее нож…

Только это был не какой-то банальный кухонный резак. Это был нож, предназначенный как раз для одной единственной цели – уйти самому.

— Не надо, пожалуйста…
— Я не хочу исчезнуть только потому, что кто-то проснется.
— Но подумай, а вдруг ты ошиблась…, вдруг, все на самом деле не так!
— Что ж, у тебя будет шанс это проверить…

Он хотел шагнуть, но женщина, словно чувствовала его мысли. Она отступала всякий раз, как он делал шаг к ней…

— Тебе не обязательно смотреть.
— Я прошу тебя…
— Я права.
— Пожалуйста…, не надо…
— Стой, где стоишь, — резко произнесла она, и мужчина замер, — время пришло. Прощай…, и спасибо, что назвал меня Лаурой…
— А я?!
…автобус основательно тряхнуло, и женщина открыла глаза. Открыла и тут же закрыла, прямо в глаза било яркое солнце. Настоящее, полуденное…. Она чувствовала, как в бедро и правую руку впилось множество маленьких иголочек. Сначала было больно, но потом, по мере восстановления кровообращения боль уступила место приятности, сразу же захотелось шевелиться…

Часы показывали начало первого, а значит, ехать оставалось минут тридцать…, прежде чем поправить шторку, женщину выглянула в окно. Там, за окном было море…, зеленоватое, с белыми барашками на поверхности. Море от края до края, и до самого горизонта. Надо было еще чуть-чуть потерпеть, и тогда, море станет совсем близко, буквально, в полушаге…

Она чуть приподнялась на сиденье и оглянулась. Что именно она хотела увидеть, знакомых, родных – сложно сказать. Да и не важно, потому что, позади нее никого не было, впрочем, как и впереди. Но самое страшное, что пустым было место водителя…, а там, впереди, метрах в ста, начинался очередной поворот серпантина…

 

Навигация

Поиск

Архив

Сентябрь 2021
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Авг    
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930  

Подписка